Искариот — Авторский бложек о веб-разработке

   В последнем "Диалоге с Михаилом Хазиным" в гостях был Сергей Глазьев, и два видных экономиста сравнивали перспективы "сырьевых" и "индустриально-технологичных" экономик. Передача, конечно, замечательная, таких бы побольше и почаще.
Ничто не предвещало бури, доктор экономических наук говорил что "нужно захватить лидерство в некоторых направлениях нового технологического уклада, которые создают «взрывной» экономический рост", и вдруг "... мы сейчас сохраняем лидерство в атомной промышленности, пока еще. Она входит в число отраслей нового технологического уклада".
   Нужно плакать или смеяться после таких слов об атомной промышленности? Засирание окружающей среды долгоживущими радиоактивными изотопами - это наше будущее???
   В моём понимании, авторитет Сергея Глазьева как экономиста очень высок, но чудовищный разрыв между такими дисциплинами, как экономика и физика, ни к чему хорошему не ведёт. Это примерно как рисовать бизнес-планы производства паровозов, когда уже существуют технологии дизельных и электрических двигателей. Если у атомной промышленности и есть будущее, то на совсем других физических принципах. И ещё неизвестно, какая страна в этом смысле окажется в лидерах.

   Про взгляды советского академика Р.Ф.Авраменко на энергетику будущего я уже как-то упоминал, но после слов Глазьева решил ещё добавить красок. Прошлым летом наткнулся на такое (оригиналы находятся на termoreactor.ru и на www.stanislav-grinev.narod.ru):

Владимир Тимофеевич Гринев - кристаллизация плазмы, реактор шаровой молнии и прочие чудеса.

   …Энергии требуется все больше и больше, но атомная энергетика слишком дорого стоит, далеко не безопасна, нарабатывает очень много долгоживущих, радиоактивных отходов, а управляемый термоядерный синтез уже давно в глухом и безнадежном тупике. Более того, вся современная теория управляемого термоядерного синтеза, на которую возлагаются самые большие надежды, это грубейшая, фундаментальная ошибка в современной классической теории плазмы. Финансирование проектов типа ITER, может привести только к преступной потери времени, и как результат к планетарной энергетической катастрофе уже в обозримом будущем. Вопрос стоит предельно просто и ясно - или в ближайшие несколько лет будет найден, неограниченный и безопасный источник энергии, или конец цивилизации неизбежен. Обратный отсчет времени уже давно идет.
   Парадокс, но неограниченный экологически чистый, и фантастически дешевый источник энергии, способный повсеместно заменить углеводородное топливо, и в полном объеме решить проблему энергетики, давно найден, спроектирован, но остается не замеченным на фоне многоголосного хора наукообразных пустышек!!!
   C технологической точки зрения, еще в 40-х годах прошлого века, появилась возможность его реализации и использования. В основе нового источника энергии, лежит механизм формирования шаровой молнии, подробно описанный «Теория кристаллизации плазмы», который до настоящего времени, остается не понятой, и не замеченной. Остается не замеченным один единственный путь решения проблемы глобальной энергетики.

   На документальном видео термоядерного взрыва «HBOMB», плазменный кристалл красуется уже не один десяток лет. Парадокс в том, что это прямое экспериментальное подтверждение новой теории плазмы, которая открывает самые фантастические технологии, жизненно необходимые всему человечеству, постоянно мелькает на экранах телевизоров по всему миру, но остается не замеченным и не понятым.

На (Рис 1.) приведены несколько кадров из этого популярного ролика, с интервалом примерно 2 секунды.

   Хорошо известно, что длительность свечения в эпицентре термоядерного взрыва длится несколько секунд (до 20 секунд). Те же несколько секунд из эпицентра термоядерного взрыва идет мощный поток нейтронного излучения (проникающая радиация). При этом, чем больше мощность взрыва, тем больше времени длится свечение и тем больше времени идет поток нейтронов. Все это четко свидетельствует о том, что интенсивный ядерный синтез идет все это время, но никак не микросекунды, как то утверждает современная теория.
Налицо гигантское (в миллионы раз) несоответствие между теорий и экспериментом. Дальше еще интереснее – за все 8 секунд (для взрыва, это гигантское время), диаметр светящегося полушария увеличился не более, чем на (20 %), и свершено ясно, что четкая граница этого полушария, это не ударная волна. Какая сила так надежно и устойчиво, держит раскаленную плазму в строго очерченных границах полушария, современная теория, не то, что объяснить – намекнуть не может!!! Более того, на приведенных кадрах очень хорошо видно, что внутренняя структура плазменного полушария имеет сильно неравномерную структуру, которая совсем не похожа на пузырь равномерно заполненный раскаленным газом. Если судить по свечению, то выделение термоядерной энергии тоже очень неравномерно.
   Есть яркие точки, а есть обширные затемненные области. Без особого труда можно понять, что ядерный синтез идет в этих светящихся точках, и это на все сто процентов совпадает с новой теорией.
   Еще более удивителен тот факт, что внутренняя структура плазменного полушария, на протяжении всех 8 секунд, совершенно не изменяется и возникает вопрос, способный сразу же отправить на свалку газокинетическую теорию плазмы – если плазма это хоть немного газ, то почему нет и намека на выравнивание давления и плотности, в течении всех 8 секунд. Где тут максвеловское распределение скоростей, где статистическая физика, и прочие газокинетические и гидродинамические модели.
   То что видно на этих кадрах, это строго упорядоченная система потоков заряженных частиц, которая взаимодействует с собственными магнитными и электрическими полями. Это та самая самосогласованная математическая задача, которую 70 лет назад не могли решить и сейчас не могут, но логика этого процесса понятна.

[…]

   Как выяснилось, плазма имеет уникальное и очень важное свойство, превращаться в твердое тело - в шаровую молнию. Шаровая молния известна давно, есть великое множество свидетельских описаний этого удивительного и загадочного явления. Однако современная классическая теория плазмы, даже не пытается объяснить этот феномен, и это прямое свидетельство ущербности и несовершенства современной теории плазмы. Процесс формирования шаровой молнии, это сложный, но очень гармоничный, фундаментальный закон природы, а не понимание этой базовой закономерности наглухо блокирует весь научно технический прогресс. Более того, первый признак формирования шаровой молнии в плазме это неустойчивость плазмы, а подавление неустойчивостей плазмы это искусственное торможение этого важнейшего, фундаментального процесса. В итоге абсурдная и трагикомическая ситуация – гигантские ресурсы, растраченные на обуздание непокорной плазмы, работали и продолжают работать во вред, и надежно маскируют истину.
   По своему значению, открытие закона формирования шаровой молнии и понимание ее структуры, равноценно изобретению огня и колеса, и инициирует целый фейерверк фантастических, глобальных технологий, от энергетики многоядерного синтеза, до многоядерной вычислительной техники и медицины. Все дело в том, что в шаровой молнии плотность вещества предельно неравномерна и с приближением к центру, стремится к бесконечности!!! В итоге, в центре шаровой молнии, самопроизвольно формируется точка с гигантской - ядерной (нейтронной!!!) плотностью вещества, которая позволяет реализовывать принципиально новые, до настоящего времени неизвестные и совершенно не изученные, многоядерные (кластерные) реакции ядерного синтеза.
   Основная суть многоядерной реакции синтеза заключается в том, что за счет гигантской плотности, до расстояния ядерного синтеза, одновременно (одномоментно) сближаются (сжимаются в магнитном поле) несколько ядер вместе с электронами. Электроны в значительной степени компенсируют отталкивание, между положительно заряженными ядрами, надежно блокируют жесткое излучение, образование нейтронов и нестабильных элементов, то есть многоядерные реакции абсолютно чистые и безопасные. Протекают они, как правило, без всякой радиации и радиоактивных отходов. Реакции могут идти как с поглощением, так и с выделением энергии ядерного синтеза. Однако только механизм шаровой молнии позволяет реализовать многоядерные реакции в непрерывном и управляемом режиме.
   Выяснилось, что и при термоядерном взрыве ядерный синтез идет в основном, за счет механизма шаровой молнии, но не за счет случайных хаотичных столкновений ядер, как-то утверждает современная – ошибочная теория термоядерного взрыва. У создателей термоядерных зарядов не было времени толком разобраться с теорией (главное – что бы взрывалось, а почему взрывается, уже было не так важно). Именно в результате этой спешки, так и осталась не понятой шаровая молния, остался не замеченным и механизм многоядерной реакции, а это главный механизм ядерного синтеза и основа термоядерного взрыва. Более того, банальная, наспех придуманная и грубо ошибочная теория термоядерного синтеза за счет случайных столкновений ядер при очень высокой температуре, приобрела статус абсолютной истины освященной термоядерной вспышкой и увела в безнадежный тупик всю современную теорию плазмы.
   Попытка использовать ту же теорию при реализации управляемого термоядерного синтеза (условие Лоусона) - обернулась полным крахом и пустой тратой гигантских ресурсов. Та же ошибочная теория УТС, в ранге абсолютной истины, наглухо блокирует решение проблемы глобальной энергетики и ставит под вопрос само существование человечества. Соблазн взлохматить пару – тройку интернациональных миллиардов долларов на халяву, действует надежно и повсеместно, (проект ITER как яркий пример тому), а в результате замкнутый порочный круг. Чем больше тратится денег на ортодоксальные исследования, тем больше авторитета и власти у сторонников тупиковой теории, тем сильнее заслон на пути новой теории, тем дальше решение глобальных проблем энергетики, и тем ближе тотальная мировая война за нефть и газ, в которой победителей не будет.
   Только признание, что идея У.Т.С. на условии Лоусона – грубейшая ошибка, что дальнейшие исследования в этом направлении – пустая, преступная трата времени, только признание новой теории плазмы (теории шаровой молнии), дает человечеству надежный шанс избежать энергетического апокалипсиса.
   В настоящее время накоплено множество надежных экспериментальных данных, что чистые, многоядерные реакции существуют. Все они прекрасно вписываются в новую теорию, но совершенно не вписываются в ортодоксальную. Авторы экспериментов, в которых осуществляются многоядерные реакции, огульно обвиняются ортодоксами, то в безграмотности, то в шарлатанстве. К тому же и сами эти авторы не могут толком разобраться, что они наблюдают. Сама идея, что в земных условиях можно сжимать вещество до нейтронной плотности, то есть в земных условиях создать давление равное давлению в нейтронной звезде, кажется абсурдом и тем и другим, но это главное и фантастическое свойство шаровой молнии и единственный способ решения проблемы глобальной энергетики.
   Опальная группа Уруцкоева в Курчатовском институте, и киевская научная группа Адаменко на установке Протон 21, уже давно наблюдают многоядерные реакции. Обе эти научные группы, давно и надежно, экспериментально регистрируют образование новых химических элементов от углерода, до золота и платины, без всякой радиации.
   Группа Уруцкоева регистрирует образование новых элементов при электрических разрядах и называет это явление – трансмутацией химических элементов. Еще более надежные результаты получает Киевская группа Адаменко на установке Протон 21. При ударе пучком электронов по острию иглы из чистой меди – острие иглы лопается и из разлома, как из пирога, видна начинка из цинка, железа кремния и целого набора новых химических элементов. Четко и надежно доказано, что весь этот набор новых химических элементов формируется из чистой меди при помощи многоядерных реакций. Никакой радиации при этом не регистрируется.
   Более того, если на острие нанести радиоактивное вещество, то после удара электронного пучка, наполовину падает радиоактивность, то есть примерно половина нестабильных элементов, превращаются в стабильные, а это реальный шанс создать промышленные технологии по полному уничтожению радиоактивных отходов от современных АЭС.
   Таким образом, технология шаровой молнии позволяет решить сразу несколько глобальных и жизненно важных проблем человечества, от создания чистого неограниченного источника энергии, до блокирования глобального потепления и очищения планеты от уже наработанной в АЭС, долгоживущей, радиоактивной грязи. [...]

И вот ещё про киевлян (это немножко перекликается с тем, что Авраменко ещё после Чернобыля предлагал Горбачёву довести до практической реализации таинственный девайс, который так воздействует на среду, что появляется возможность необычайно ускорить скорость распада неустойчивых изотопов и провести дезактивацию радиоактивной местности):

Приручить нейтронную звезду (о лаборатории "Протон-21")
Опубликовано в апреле 2005 г. в еженедельнике "2000" (Киев)

   …Но киевские ученые из «Протона-21» демонстрируют такие результаты, от которых немеешь. Бомбардируя мишень сравнительно слабым пучком ионов, они «на выходе» получают явления, происходящие, как считается, внутри нейтронных звезд. Мишень коллапсирует (сжимается внутрь), потом происходит взрыв, он сопровождается ярчайшей вспышкой, ядерной трансмутацией (появлением большого количества ядер элементов, которых не было в мишени) и потоком всевозможных излучений. Энергия взрыва в миллионы раз (!) превышает энергию первоначального ионного удара. Остается ее «запрячь», что, по всей видимости, задача непростая, но технологически вполне реализуемая.
[...]

Ядерная «зажигалка»

   Вот что рассказывает г-н Адаменко. Поскольку речь ученого насыщена специальной терминологией и сведениями, понятными лишь ядерщикам, позволю себе пересказать его монолог с некоторыми упрощениями.

   Станислав Адаменко: Первоначально мы ставили перед собой цель разработать эффективную и безопасную технологию утилизации ядерных отходов. Собирались сделать «зажигалку», чтобы заставить радиоактивные атомы «сгореть» и превратиться в «золу». Первый успешный опыт по «ядерному горению» вещества, правда, на нерадиоактивных мишенях, был произведен 24 февраля 2000 года. Через пару месяцев мы обнаружили среди прочих стабильные, нераспадающиеся атомы сверхтяжелых химических элементов. Наконец, на нашей установке, находящейся в лаборатории Института ядерных исследований НАН Украины, в 2002 году мы впервые провели успешные эксперименты по нейтрализации радиоактивности. И вышли далеко за пределы исходной темы.

   Была медь – получили всю таблицу Менделеева

   Дальнейший разговор мы ведем с директором лаборатории «Протон-21» Александром Кохно и ее сотрудником, профессором Киевского университета им. Т. Г. Шевченко Владимиром Высоцким. Они показывают удивительные снимки развороченных мишеней, причем видно, что взрывы происходили в их центре, в глубине вещества. Особо заинтересовал меня снимок странной полусферы, впечатанной в тело экрана, с вырезанным четким шариком в центре. Ученые поясняют, что именно там, внутри этого шарика, и произошла реакция ядерного коллапса, и что взрывом полусферу вырвало из мишени и вбило в экран.

   Александр Кохно: Нам впервые в мире удалось добиться нужной плотности пучка электронов на острие мишени и выполнить образом критерий Уолсона. Мы хотели поначалу реализовать классический метод управляемого термоядерного синтеза. Но только своим путем. Когда в ходе опытов мы получили результаты, не вписывающиеся в прогнозы, мы начали их анализировать. И поняли, что перед нами совершенно иные механизмы. Стали создавать их теоретические модели, оптимизировать установку, и итерационным путем пришли к тому, что видим сегодня.

   Мы открыли дверь в этот процесс. Оттуда хлынул поток совершенно новой информации. Мы просто не успеваем все проанализировать и осмыслить. До сих пор барахтаемся в нем и захлебываемся.

   – Что вы получаете в результате? Какие предварительные выводы можно сделать?

   В.В. – Первое: эти опыты сопровождаются очень сильным по энергии излучением: рентгеновским, гамма, световым и т.д. Световая вспышка ярчайшая.

   Второе: получаются новые элементы. Как весь спектр таблицы Менделеева, так и сверхтяжелые, о которых до сих пор никто и не подозревал, что они реально существуют. Это трансурановые, а также редкие изотопы. Такой пример: самый распространенный изотоп железа – Fe-56. Его содержание в общей массе железа примерно 92%. А есть редкий изотоп Fe-57. Его довольно мало, около 2,2%. Это т.н. «мессбауэрский изотоп», он применяется в ядерной физике. Рыночная его стоимость $10 тыс., поскольку отделить его от обычного железа довольно трудно. Так вот, в ряде наших экспериментов Fe-57 получалось больше, чем Fe-56. Даже в этом частном случае мы можем организовать коммерчески выгодное производство.

   Что касается сверхтяжелых ядер, то, как известно, до сих пор в лучших лабораториях мира синтезированы элементы с массовыми числами до 216. Причем, на конференциях физиков звучали доклады: одни зафиксировали получение 4 ядер (!) элемента с массовым числом 216, другие – 5 ядер в течение полугода. У нас трансурановые регистрируются в количестве миллионов ядер, причем максимальное массовое число ядра – около 5000 единиц. Есть подозрение, что рождались ядра с массовым числом 100 000.

   Третье. Потоки заряженных частиц. Это ионы с большой энергией, электроны, протоны, дейтоны, плазма. Протонов аномально много. При каждом таком взрыве, условно говоря, рождается малая вселенная, новый мир. Мы получили этому интересное подтверждение. Известно распределение химических элементов во Вселенной: сколько в ее массе процентов водорода, гелия, лития и т.д. Существует кривая, построенная по этим данным. Так вот, распределение элементов, получаемых при наших опытах, очень хорошо корреллирует с ней. Что бы мы ни закладывали в «топку», у «золы» в среднем один и тот же состав. Это проверено огромным количеством опытом. Что касается энергии частиц, то они имеют от 100 кэВ до 8-10 кэВ у протонов и дейтонов.

   Четвертое. Прикладная дезактивация. В результате мини-взрывов облучаемое вещество избавляется от такого явления, как радиоактивность. После того, как в результате воздействия на образец произошел его коллапс, вещество потеряло первоначальный состав. В какой-то момент получилась «ядерная каша», где атомов в привычном понимании – протоны, нейтроны, электроны – уже нет. Из этого состава тут же создаются новые ядра, в другой «упаковке», причем это новое их перерождение должно быть максимально устойчивым. Нестабильные ядра просто не выживают, они тут же распадаются. И если вещество первоначально было радиоактивным, то после взрыва радиоактивность отсутствует!

   Мы проделали такие опыты: облучали по нашей методике мишень из кобальта-60. Замерили радиацию до и после. Результат потряс всех. Радиация исчезла! Но, конечно, только в той зоне, во внутренней части шарика, где был коллапс. Альфа-, бета-, гамма-излучения, нейтронное – все исчезло! Во внешней оболочке мишени, понятно, активность осталась.

   Таким образом, этот метод можно использовать для уничтожения всевозможных отходов. Причем не обязательно радиоактивных: любые яды, самые страшные, можно превратить в безопасные вещества и заодно получить энергию. Если, конечно, суметь разумно сделать из них мишени для ядерного коллапса. А это не так просто.

   Пятое – это внешние проявления и эффекты. Мы в наших экспериментах регистрируем кучу аномалий. Материал становится совершенно другим, изменяется его структура, образуются поры, на которые идет большая энергия. Внешние механические эффекты – это то, за счет чего проще всего «отбирать» энергию взрывов, если мы хотим использовать это явление для энергетики. Специалисты по ядерному материаловедению говорят: если сравнить ваше вещество с тем, что проработало в реакторе 20 лет, то у вас разрушений структуры значительно больше.

   Здесь по каждому пункту можно развивать и теории, и технологии. Простор для исследований и применений поистине безграничный.