Тема работы Символ верности любви и надежды

« Война в одинаковой мере облагает данью и мужчин,

и женщин, но только с одних взимает кровь,

а с других — слезы»

Я никогда не задавалась вопросом, что же такое война. Сколько людей пожертвовали своими жизнями ради великой державы. На самом деле – это они сделали ее великой, отдав жизнь и сохранив будущее России. Мы не можем вернуть время, но можем восстановить воспоминания. Каждый из нас когда-нибудь бывал на параде девятого мая, и видел ветеранов Великой Отечественной войны, но никто и никогда не задавался вопросом каково это? Единственное, что мы могли сделать, так это подарить цветы или коробку конфет. Наша задача состоит в том, чтобы узнать все подробности и страшные события тех дней, которые заставили жить в страхе, и в горести наших бабушек и дедушек.

Я решила написать свою творческую работу о небольшом селе, находящемся на территории нынешнего губкинского городского округа – селе Богословка. О его вкладе в победу над немецко-фашистскими захватчиками в годы великой Отечественной Войны.

Почему я выбрала именно это село? Почему ни какое-нибудь другое из десятков подобных находящихся на территории нашего района? Просто иногда, когда я проезжаю мимо памятника «Вдове и матери солдата», которой расположен на трассе Губкин – Белгород рядом с селом Бабровы Дворы, мне хочется больше узнать о подвиге наших земляков. Не только о военных победах и доблестях наших славных солдат и офицеров, но и о героизме простых граждан, ничуть не меньшем.

Село Богословка находится недалеко от памятника «Вдове и матери солдата» в каких-то 7 км.

Война начался неожиданно для жителей Богословки. Весть о нападении немецко-фашистских войск до жителей села дошла 23 июня, так как радио не было, телефоны на почте и в сельском совете были “выходными”. Общение между колхозами было с помощью мальчика-гонца, который выполнял поручения по доставке сведений в колхозы и обратно.

Около здания совета сразу образовалась толпа. Начался митинг. Объявили, что вероломный враг напал на нашу Родину. Мужчины были призваны в армию. Женщины запричитали, мужчины стали успокаивать их. Так кончилась мирная жизнь. Стало в селе тихо, не слышались песни и смех молодых, так как девушки проводили своих женихов защищать Родину.

А спустя какое-то время в село стали приходить похоронки. В 1941г. пришли первые похоронки на 25, по другим данным — 30 человек.

«Мужчин заменили женщины». Так Савченко Евдокия Федосеевна — стала руководить бригадой; Рукавицына Мария Антоновна пошла на трактор прицепщицей, а потом и трактористкой. Это был тяжёлый и опасный труд. В годы войны на поле женщины работали на всех работах. На тракторе погибает Потанина Мария Семёновна, потеряла руку Тыркалова Ефросинья Ефремовна. Во время войны работали не за честь, а за совесть. Никто не требовал платы за труд, работали и день, и ночь под лозунгом “Всё для фронта! Всё для победы!” Не хватало рабочих рук, привлекались дети — до обеда учились, после обеда трудились, а вечером при тусклом свете готовили уроки. Никто не жаловался, хотели лишь победы.

После войны многие получили заслуженные награды: медаль «За доблестный труд в годы Великой Отечественной войны 1941- 1945 гг»., но до победы было ещё очень далеко.

Так же трудно было и детям войны. Школу отапливали дровами, которые заготавливали ребята. Каждый ученик должен был заготовить и привезти 1,5 м3 дров из рядом стоящего леса. Складывали дрова в подвальных помещениях. Привозили на коровах. От этого никто не освобождался. Ремонтировали школу силами учащихся и родителей. Не было тетрадей — писали на газетах и разных книгах. Кроме того, каждый ученик летом должен был отработать не менее 2-х месяцев в колхозе и принести справку, а потом еще сентябрь месяц работали организованно, то есть выезжали всей школой в совхоз на уборку моркови, свеклы. В совхозе всегда кормили: варили борщ, лапшу, компот, пекли картошку. Это была безвозмездная работа. Работали весь световой день. Машины забирали и привозили детей из соседних деревень.





Но вот беда добралась и на нашу территорию — в июне 1942 г. в село въехал передовой отряд немцев. Они были на мотоциклах с “люльками”. Немцы в селе пробыли всего 3 дня, но память оставили о себе большую: всё разбросано, разбито, ограблено. Уже на третий день в здании сельсовета появился старшина, бывший кулак Самсон Гадецкий, а по деревням были поставлены старосты и полицейские. Одни по своему желанию, другие по принуждению. Это они ходили по дворам, собирали всё, что им понравится: шубы, валенки, сапоги и так далее.

Начали готовиться списки для отправки молодёжи для отправки в Германию. По селу поползли слухи, что скоро наступление Красной Армии, и что немцы торопятся с отправкой молодёжи. Девушки и парни стали искать возможность скрыться. Одни спрятались в погребах, старых сараях, потолках. А группа мальчиков ушла в лес Волынское, где вырыли землянки и жили до прихода Красной Армии.

20 января 1943 года пришла наша разведка. Жители ожидали передовые части. Разведчики просили разойтись, так как вот-вот появятся обозы. И вот из-за холма показались первые подводы и остановились — увидев много людей. Вся толпа кинулась навстречу обозу. Разведчики дали условный сигнал, и обоз стал спускаться с горки в село. Было много снега, и лошади не могли пробиться. Жители вооружились лопатами и стали расчищать солдатам дорогу. Задымились трубы, по селу запахло картошкой, зазвучали песни. В каждой избе размещалось от 10 до 15 человек, спали на полу, настелив соломы и укрывшись шинелью. После ужина солдаты спали, а женщины стирали и сушили портянки, оплакивая близких. Три дня и три ночи шли войска через село на запад. Ночами были выставлены караулы, посылалась разведка в сторону Бабровых Дворов. Началась проверка жителей, особенно тех, кто работал полицейскими, старостами по деревням.

Село ожило. На ферму привели коров, лошадей, которые бродили в поле, вернули инвентарь. В середине февраля школа вновь заработала. Конечно, не все дети вернулись на занятия, так как оставались главными работниками в семье. А войска уходили всё дальше на запад. В село стали возвращаться мужчины по ранению. Это уже была большая помощь. Начался сев. Поля пахали на коровах и на себе, особенно на личных участках.

Но разворачивались грозные события на Прохоровском поле.

Через село проходила 305 дивизия генерала Даниловича И.А. и 5 танковая дивизия Ротмистрова П.А. Мосты под танками не выдержали и машины пошли в обход деревни. Бомбёжки были, но случайные: наши “ястребки” преследовали немецкие бомбардировщики, которые, освобождаясь от груза, бросали бомбы наугад. Иногда бомбы находили себе жертв и среди гражданского населения.

Летом, в июне 1943 г., в здании школы разместился госпиталь. В память об умерших на территории бывшего госпиталя есть могила, где захоронены останки умерших от ран воинов. Около леса был небольшой аэродром, где садился санитарный самолёт, привозивший раненых с поля боя под Прохоровкой. Их сразу направляли в госпиталь, где оказывали первую помощь, а затем оставляли долечиваться или отправляли в Свердловск.

В госпиталь ходили жители села и приносили продукты, чаще всего по заказам раненых: квас, картошку, огурцы, блинчики и т.д. Люди с рук кормили тех, кто не поднимался. Помощник командира 196 стрелкового полка, капитан Цогоев Н.В. вспоминает в своём письме, которое пишет в сельскую школу: “Очень приятно вспомнить, с какой теплотой относились жители Вашего села к раненым. Они часто навещали раненых, приносили молоко и овощи раненым бойцам. Короче говоря, материнскую заботу женщин Богословки чувствовали все больные госпиталя и за это им большое солдатское спасибо. Нам дороги были не мягкие пирожки, а ласковые слова, внимание женщин села. Это было лучше всяких лекарств”. (Из писем Цогоева Н.В. детям Богословской средней школы). В госпиталь ушли работать многие женщины села: Дагаева Т.М., Гукова Ф.М., Савченко Н.И., а также школьники, которые дежурили через день в госпитале. Они писали и читали письма, стирали бинты, мыли всю посуду, разносили обеды. Так участниками борьбы с врагом стали дети.

А фронт всё удалялся. Жители вечерами собирались около домов и наблюдали за огненными всполохами на горизонте, в стороне Прохоровки и Белгорода. Люди жили теперь уверенностью в победе и надеждой на встречу с родными.

И победа пришла в мае 1945 г. ценой огромных потерь. Из села за годы войны было призвано более 800 человек, а не возвратились в село больше половины.

Конечно, для многих война не закончилась: ещё долго шли в село похоронки. Так Николай Яковлевич Сурженко, местный житель, погибнет в 1946 г., закрыв своего командира от пули бендеровской банды на Украине.

Но, даже получив «письмо скорби», жены и матери будут ждать своих близких домой. Именно эта преданность и станет прообразом памятника, ставшего для нас символом верности, любви и надежды.