актовая лекция

Актовая лекция «Задачи и перспективы московского образования для детей с ограниченными возможностями здоровья».

Предлагаю вашему вниманию размышления по проблеме современного образования в области обучения и воспитания детей с ограниченными возможностями здоровья.

Проблемами аномального детства занимаются умы мировой общественности: врачи, психологи, социологи и дефектологи. В США таких детей называют – исключительные, во Франции – неадаптированные, в Германии – с трудностями в обучении, в России – с отклонениями в развитии. Отклонения в развитии не следует считать и рассматривать как недостаток, это – особенность ребенка.

В сознании многих людей еще совсем недавно понятие «дети с отклонениями в развитии» почти автоматически ассоциировались с понятием неспособности и провала. И если на ребенка навешивали этот ярлык, он рассматривался как человек, который не может.

Несмотря на то, что родители и педагоги прилагают героические усилия для того, чтобы показать, сколь многому эти дети могут научиться в действительности, все же еще чаще беспощадный «здравый смысл» советует не ожидать слишком многого. Скольким родителям пришлось в своей жизни выслушать различные вариации на тему: «Он (она) сможет научиться делать только то-то и то-то»! А родители для всех это те, кто должен «заботиться о физическом благополучии» своих детей, а уж решать, куда отдать их учиться, могли другие.

К счастью, времена изменились. Мы стали свидетелями не только принятия исторического законодательства, но и связанного с ним кординального сдвига в понимании истинных возможностей детей с особенностями развития и истинных возможностей их родителей. Сейчас в глазах общества дети с особенностями развития — это дети, которые могут. Они могут учиться. Могут плодотворно взаимодействовать со своими сверстниками, на которых нет такого ярлыка. Они могут рассматриваться как будущие члены общества со всем многообразием его жизни. Изменился и взгляд на их родителей. Они стали полноправными партнерами профессионалов, и это служит гарантией того, что их дети реально смогут воспользоваться правами на образование, отдых, работу.

Для детей с особенностями развития наступила по-настоящему новая эра. Теперь вопрос о том, где и какое образование следует получить тому или иному ребенку, специалисты решают вместе с родителями, причем с позитивных позиций. При этом новые роли, которые теперь играют родители и специалисты, требуют от них переоценки степени их личной ответственности. Кто решает, чему будет учиться ребенок, кто возьмется судить, насколько он преуспевает в этом? В сущности, наступление этой новой эры в жизни детей с особенностями развития побуждает родителей пересматривать вопрос о том, что значит быть родителями, а педагогов — что значит быть педагогом.

Какой может быть роль педагога? Невозможно переосмыслить роли и дать им одно единственно верное определение. Обучение — естественная часть всего того, что делают педагоги. Убеждена, каждый раз, общаясь с ребенком, мы, порой даже не сознавая этого, чему-нибудь учим его. Многие из нас стремятся сделать этот процесс более целенаправленным. Пользу дети получают в любом случае, особенно, если в составлении индивидуальной программы обучения (ИПО) участвуют вместе с педагогами и родители.

Что значит хорошо учить ребенка?

Исходная моя позиция заключается в том, что вне зависимости от того решения, которое мы примем относительно своей роли как педагога, мы эту роль сумеете сыграть лучше, если с самого начала как следует представим себе, что, собственно, значит быть хорошим педагогом. В то же время, когда мы поймете, как следует заниматься с ребенком, чтобы привить ему определенный навык, причем с самого начала и до конца, когда мы узнаете, как справляться с возможными проблемами поведения, мы станем гораздо более ценным (и ценимым) союзником всех, кто так или иначе вовлечен в процесс его обучения. Я убеждена, что единственный способ научиться хорошо учить ребенка — это хорошо учить его.

Вы можете сказать: «Хорошо! Разумеется, стоит заняться обучением ребенка всерьез. Но ведь в этом деле, похоже, существует столько разных подходов! Какой подход предлагается в настоящее, и как я узнаю, будет ли он работать?» Вопрос хороший. Специальная педагогика есть нечто большее, чем просто множество разных подходов, у каждого из которых есть сторонники, готовые отстаивать его достоинства. Очень трудно быть информированным человеком и судить о теориях обучения людей с особенностями психического развития на основании лишь устного свидетельства их эффективности.

Поскольку мы, во что бы то ни стало хотим помочь таким детям, мы особенно чутко реагируем на разные теории и модные течения. Некоторые из них докажут свою действенность и выживут, чтобы завтра войти в повседневную практику. Другие забудутся, и на их место придут новые. К примеру, идея, которая в настоящее время движет педагогами, — это идея полного включения (full inclusion), предполагающая, что все дети с особенностями развития в течение всего учебного дня должны обучаться вместе с обычными детьми (в общей классной комнате). Что это? Это — высшая степень развития более ранних теорий, таких, как теории включения (inclusion), мэйнстренминга (mainstreaming) и нормализации (normalization) и т.д., утверждавших, что возможности, предоставляемые детям с особенностями развития, должны быть как можно ближе к тем, которые предоставляются детям, развивающимся обычно. Жизнь показала, что эти теории были не преходящими течениями; а перспективами, которые впоследствии были приняты очень широко, причем не столько потому, что они продемонстрировали свою эффективность, сколько потому, что для многих из нас они представляются этически правильными.

В конце апреля Мосгордума приняла закон «Об образовании лиц ограниченными возможностями здоровья», который стал первым законодательным актом, обеспечивающим реальную возможность введения инклюзивного образования.

Задумайтесь, инклюзивное образование как форма обучения не имеет своих институтов (как например, дошкольное образование – детские сады), поэтому оно должно охватывать всю вертикаль, начиная с самого раннего возраста ребенка и до доступного детям с ограниченными возможностями уровня социализации.



Меня, как дефектолога, интересует вопрос, что думают, на что надеются родители, нет ли у них завышенных ожиданий по поводу инклюзивного обучения? Они надеются, что их особые дети станут такими, «как все». Есть в инклюзивном образовании такое понятие как «образ результата». Чтобы идти правильно к ожидаемому результату, родители должны не только осознать возможности своего ребенка, но и стать его союзником в обучении. Простое помещение ребенка, например, с синдромом Дауна, в среду нормально развивающихся сверстников, когда, к примеру, на физкультуру и труд он идет со своим классом, а математику и чтение изучает индивидуально с дефектологом, мало, что даст в развитии этого ребенка. И родители должны понимать, что они не меньше учителя должны включиться в процесс обучения и социализации своего ребенка.

Немаловажный, на мой взгляд, вопрос «А как отнесутся к внедрению инклюзивного образования родители обычных детей?

С моей точки зрения, инклюзия полезна не только для детей с ограниченными возможностями здоровья, но и для всей системы в целом. Поскольку она подразумевает изменения условий обучения, учитывающий разный уровень и темп психофизического развития. Родителям обычных детей следует рассказывать о «выгоде» совместного обучения. Ведь если дети приходят в учреждение, нацеленное на инклюзив, то там должны быть профильные специалисты: дефектолог, психолог, логопед. И нормально развивающийся ребенок может, а точнее должен получить помощь со стороны всех этих профильных специалистов. Ребенок может выиграть от того, что создаются вариативные, то есть учитывающие индивидуальные особенности развития маршруты и программы, он может выиграть и от особенностей режима работы учреждения и от того, что измениться вся система учебно -воспитательного воздействия.

А самое главное, по- моему мнению, это создание принципиально новой педагогической среды, в которой больше гуманизма, дружелюбия, толерантности. Без этого невозможна никакая инклюзия.

В настоящее время проблемы образования людей с ограниченными возможностями здоровья условно можно разделить на две группы: общие и специальные. Предлагаю сконцентрировать внимание на специальные проблемы, те которые касаются непосредственно образовательного процесса.



Среди специальных проблем образования людей с отклонениями в развитии, характерных именно для этой подсистемы образования, остановлюсь лишь на нескольких.

1. Проблема выбора условий обучения – коррекционные учреждения или инклюзивное образование.

Как ни парадоксально, в России в последнее время права инвалидов и детей с ОВЗ в области образования нарушаются сразу по нескольким, в том числе противоположным, линиям:

•большинство родителей, которые хотели бы обучать своих детей-инвалидов, детей с ОВЗ в обычной школе, по-прежнему лишены такой возможности и наталкиваются на отказ;

•одновременно уже в нескольких регионах в целях экономии бюджетных денег принудительно расформировываются специальные школы-интернаты, а дети-инвалиды и дети с ОВЗ переводятся в обычные учебные заведения без создания специальных образовательных условий

Хочу ещё раз обратить внимание на то, что ни одна из двух моделей – ни инклюзивная, ни коррекционная – не может быть универсальной.

Инклюзия – не самоцель, но средство интеграции ребёнка в общество, причём без понижения, а желательно, с повышением качества образования.

2. Проблема качества образования (точнее, уровня обученности) школьников с ограниченными возможностями здоровья.

3. Законодательная база. В настоящее время на федеральном уровне её нельзя признать удовлетворительной. При этом история разработки и принятия Федерального закона «Об образовании лиц с ограниченными возможностями здоровья (специальном образовании)» – один из примеров совместных усилий профильных парламентских комитетов и профильного министерства обеспечить защиту права на образование для одной из наиболее остро нуждающихся в этом категорий граждан при противодействии правительства, а позднее – администрации Президента РФ.

Наш курс – интегрированное обучение, инклюзия. Но двигаясь намеченным курсом, не следует забывать о необходимости сохранить за интегрированными детьми всю полноту коррекционной помощи, гарантируемой законодательством; сохранить и модернизировать специальные (коррекционные) образовательные учреждения, наделив их дополнительными функциями; внедрять модели интеграции, обеспечивающие доступную и полезную «долю» интеграции для каждого ребенка.

«Главные задачи современной школы — раскрытие способностей каждого ученика, воспитание порядочного и патриотичного человека, личности, готовой к жизни в высокотехнологичном, конкурентном мире. Школьное обучение должно быть построено так, чтобы выпускники могли самостоятельно ставить и достигать серьёзных целей, умело реагировать на разные жизненные ситуации». Данное положение абсолютно точно корреспондируется с целями образования детей с ОВЗ. Не важен статус учреждения, которое посещает такой ребенок, специальное оно или общеобразовательное. Принципиально другое, оно обязано обеспечить раскрытие способностей особого ученика. В нашем случае вопрос о необходимости воспитания ребенка с ОВЗ «порядочным человеком, готовым к жизни в высокотехнологичном, конкурентном мире», стоит ещё острее. Ответ на этот вопрос мы попытались дать в концепции проекта СФГОС для детей с ОВЗ. «Школьное обучение должно быть построено так, чтобы выпускники могли самостоятельно ставить и достигать серьёзных целей, умело реагировать на разные жизненные ситуации».



Вне всякого сомнения, предстоит длительная целенаправленная работа по формированию в педагогическом сообществе принципиально иных ценностных установок.

«Новая школа — это новые учителя, открытые ко всему новому, понимающие детскую психологию и особенности развития школьников, хорошо знающие свой предмет. Задача учителя — помочь ребятам найти себя в будущем, стать самостоятельными, творческими и уверенными в себе людьми». Необходимо и обязательно изменить профессиональное сознание дефектологов, выученных работать в старой системе специального образования, формировать нового учителя, принимающего ценности гражданского общества, понимающего цели модернизации образования лиц с ОВЗ.

«Новая школа — это школа для всех. В любой школе будет обеспечиваться успешная социализация детей с ограниченными возможностями здоровья, детей-инвалидов, детей, оставшихся без попечения родителей, находящихся в трудной жизненной ситуации». Я думаю, у нас с ами будет возможность работать в такой современной новой школе, школе нового поколения.